В сети Интернет средством производства является техническая реализация самой сети и средств индивидуального подключения к ней. Сеть основана на замысле инженеров и учёных - создать открытую систему с ясными правилами функционирования. Сейчас действует единственная организация, которая разрабатывает такие правила - интегральные стандарты для Интернета - консорциум W3C. Консорциум разрабатывает единые принципы и рекомендации, которые затем внедряются производителями программ и оборудования. То есть стандарты, которые во многом определяют логику функционирования и развития Интернет, а значит и в известной степени и правила поведения участников общения в сети, создаются группой лиц, которые через принципы построения сети Интернет осознанно предлагают и рекомендуют свои представления о развитии сети, коммункаций, а в итоге форм общения, следовательно общества. Если принять, что источником развития, как считал dr. Marx, является противоречие между способом производства жизни и формами общения, то Интренет революционный проект 21 века. Новые формы общения в Интренет неминуемо войдут в противоречиие с формами производства жизни, свойственными дисциплинарным обществам. К чему это может привести? Возможно, что лучше всех на это ответил Жиль Делёз... Попробуем проследить за его мыслью и убедимся, что шизоанализ Делёза и Гваттари может обладать очень хорошими прогностическими возможностями.
В основе сети Интернет находятся компьютеры, построенные на бинарной логике, на аппаратной грамматике, и в том числе на древесных структурах, например, файловая система в операционных системах, ведущих происхождение от ОС Unix. Почему это важно, обратить внимание на древесную основу Интернет? Дело в том, что в плато «Ризома» Делёз и Гваттари предсказали и описали ризому так, что она очень похожа на Интернет, по меньшей мере, такой, каким его вижу я. Нет ли в таком взгляде на Интернет противоречия, а противоречия между понятиями дерево и ризома?
Если следовать тексту плато, Интернет обладает всеми внешними признаками ризомы. Если попробовать наложить их: сцепление (связь) и гетерогоенность, множественность, неозначающий разрыв, картография и декалькомания, на Интернет, то мы увидим, что Всемирная паутина, что не есть синоним Интернет, отвечает этим требованиям. (В дальнейшем здесь мы будем понимать под Интернетом только Всемирную паутину).
Попробуем показать это более подробно. Сцепление и гетерогенность. «любая точка ризомы может и должна быть связана с любой другой её точкой. Это совершенно отлично от дерева или корня» [1]. В любой веб-сервер Всемирной паутины связан со всеми другими веб-серверами, которые только существуют в Интернете, прежде всего с точки зрения пользователя, который посредством может через систему гиперссылок скользить через любые веб-узлы, задерживаясь на иных или же не делая этого. Возможно, что он застряент в одном из них, например, социальной сети, которая как мы увидим позже, распускается в ризому на ветви дерева-корня. Гетерогенность, неоднородность — Интернет неоднороден с точки зрения своего содержания, здесь сосуществуют языки, взгляды, убеждения, принципы, предпочтения, игры, страсти, видео и фото, консорциум W3C, Великий китайский фаейрвол, среверы, циски и RSS-трансляции и прочее...
Принцип множественности. Множественность в ризоме есть множественность, отрицающая единство, «Не существует ни единства, которое бы служило стержнем в объекте, ни такого, которое бы разделялось в субъекте... У множественности нет ни субъекта, ни объекта, есть только определения, величины, измерения, которые не могут множиться, без того, чтобы она изменила свою природу (таким образом, законы комбинации пересекаются с множестенностью)». Это выглядит как некое математичекое множество, которое определяется только своими характеристиками, для множества лиц представленных в Интренете это очень подходит, поскольку нельзя однозначно и со всей опредленносью утверждать, что лица — эти реальны вне Интренет. Это аватары даже тогда, когда они представляют лица своих прототипов и носят их имена. Их множество обладает только операционным единством, ибо какое единство кроме чисто параметрического может быть между интренет-тролем-виртуалом и аккаунтом реального физического лица, которое выступает под своим именем? Можно возразить и тот и другой человек, но что сказать о программе-роботе, автоматически регистирующей аккаунты и рассылающие от их имени спам в соцсетях, что эти программы написаны человеком? Очевидно, что никакого единства в смысле соединения в однородность сверхсубъекта здесь нет. Но здесь четко прорисовывается (карта, ане калька) гелелевская триада "общее-особенное-единичное". Так в место единство - fashio вычерчивается множественность сингуляностей. Что говорит, о том, что Негри (автор "Множество") не зря встречался и беседовал с Делёзом, к их диалогу мы ещё обратимся...
«Нити марионетки так же как ризомы или множественности не отсылают к предполагаемой воле артиста кукловода, но к множественности нервных окончаний, которые образуют в свою очередь другую марионетку, следуя другим измерениям, связанным с первыми: "Назовем нити или прутики (tiges), которые двигают марионетками - переплетением (la tram). Можно было бы возразить, что его множественноть берет начало в личности актера, который проецирует ее в текст. Таким образом, нервные окончания в свою очередь формируют переплетение (une tram). И они погружаются в серую массу, сплетаются вплоть до неразличенности… Эта игра начинает напоминать работу прях, работу, которую мифы приписывают Паркам[xx] и Норнам"»[1]
Может быть... Вообще, мне эти рассуждения надоели... Если ризома это что-то непонятное, то понятен ли Интернет? Могу с уверенностью сказать, что понятие ризомы можно расматривать только шизоаналитически, то есть вне формальной логики, а тогда, ризома, «это я и гречневая каша» - ужин. Если я не буду есть, я не буду жить, а кашу или пиццу можно заказать по Интернету, заработать деньги на кашу можно тамже.
Интернет ризоматичен настолько насколько ризоматична человеческая культура, язык и сознание, производство жизни и формы общения. «Ризома постоянно сопрягает семиотические звенья, организацию власти, обстоятельства, отсылающие к искусству и науке, общественной борьбе»[1]. Продолжать не имеет смысла, классическое доказательство ризоматичности чего либо невозможно, поскольку только вместе с автором книга образует ризому. Или поговорить о картографии? Каждый раз, двигаясь от узла к узлу, от станицы к странице, от ленты к ленте, от флеш-видео к флеш-видео, наше сознание перемещается через экран монитора, прочерчивая n-1 мерную карту пути движения, каждый раз уникальную. Можно встать от Интернета и заварить чай и убедиться, что вода выкипела.
Сразу возникает недоумение, нет ли здесь противоречия между внешним ризомоподобием и внутренней древесностью, одеревенелостью. Если оно есть, то в чем оно выражает себя? Не в том ли, что максимально открытая система Интернет, обладает возможностями перевести общество от дисциплинарных методов управления массами к тотальному контролю за ними?
Если шизоанализировать ризому-Интернет, то надо погрузиться в тест и контекст «Ризомы».... «Бинарная логика - это духовная реальность дерева-корня.»[1] «Бинарная логика и дву-однозначные отношения до сих пор доминируют в психоанализе (дерево бреда во фрейдовской интерпретации Шребера), в лингвистике и структурализме, даже в информатике»[1].
«В ризомах существуют структуры дерева или корней, но верно и обратное - ветка дерева или сегмент корня могут начать распускаться в ризому.»[1]
«Этим централизованным системам авторы противопоставляют нецентрализованные системы, сети конечных автоматов, где коммуникация осуществляется от одного соседа к другому, где стебли и каналы не пред-существуют [друг другу], где все индивиды взаимозаменяемы, и определяются только по состоянию на определенный момент, таким образом, что локальные операции координируются и что глобальный конечный результат синхронизируется независимо от центральной инстанции»[1].
«У графа нет никаких причин быть деревом" (мы называли карту таким графом)» [1].
«Деревья могут соответствовать ризоме или наоборот, распускаться в ризоме.»[1]
«... обращаясь с бессознательным как с нецентрованной системой, т.е. как с машинной сетью конечных автоматов (ризомой)».[1]
Вывод: Интернет, образующий граф, «нейросеть» из миллионов узлов, точек и линий связи, и имеющий в основе логику дерева сети конечных автоматов (машин) - это ризома. Так понимают её и так выстраивали свои линии бегства Делёз и Гваттари.
«В сердцевине дерева, в полости корня или в изгибе ветви может образоваться новая ризома. Или этот микроскопический элемент дерева-корня, корешок, который приступает к порождению ризомы»[1]. Интренет — сложный граф — не дерево-корень. Его корень - прародитель - сеть Арпанет давно высох и отмер.
«Таким образом, генеративные деревья, построенные по синтагматической модели Хомского, могли бы раскрыться во всех направлениях, в свою очередь образовать ризому [сризомировать]. Быть ризоморфным значит продуцировать стебли [черенки, отростки] и волоски, которые кажутся корнями, или еще лучше, связываются с ними, проникая в ствол, заставляя их служить новым странным образом. Мы устали от дерева. Мы не должны больше верить деревьям их корням, корешкам, из-за этого мы слишком пострадали. Вся древовидная культура основана на них, от биологии до лингвистики.»[1] И действительно, построенная на автоматах с грамматикой сеть Интренет для конечного пользователя кажется «хаосмосом» никак не связанных с машинами текстов и изображений, аффектов.
И нейросеть для Делёза и Гваттари тоже ризома. «...мозг сам по себе является больше травой [дерном], чем деревом. "Аксон и дендрит обвиваются один вокруг другого как вьюнок вокруг колючего кустарника, имея по синапсу на каждой колючке [шипе]. Это также и для памяти… Неврологи, психофизиологи различают долговременную и кратковременную память (порядка одной минуты). А ведь различие не только по времени: кратковременная память относится к типу ризомы, диаграммы, тогда как долговременная является древовидной и централизованной (отпечаток, инграмма [остаточное возбуждение нервной системы], калька или фотография). Кратковременная память ни сколько не подчиняется закону ассоциации [идей] или непосредственности в отношении своего предмета, она может находиться на дистанции приходить или возвращаться спустя долгое время, но всегда в условиях прерывности, разрыва и множественности. Более того, обе памяти различаются не как два временных модуса [модели] восприятия того же самого; это не то же самое воспоминание и вообще это не одна и та же идея, воспринятая ими обеими [этими памятями].»[1]
Если мы посмотрим на карту Интернета, то увидим структуру внешне схожую тем, как выглядит нервная ткань человеческого мозга. Обнаружим мы там и две памяти, «короткую память» чатов и сообщений и «долговременную память» больших текстов и изображений, видео.
«Подытожим принципиальные характеристики ризомы: в отличие от деревьев и их корней, ризома соединяет какую-нибудь одну точку с любой другой, и каждый из образованных этим штрихов не отсылает с необходимостью к штрихам той же природы, она пускает в ход очень разные регистры знаков и даже не-знаковые состояния.»[1]
Не трудно заметить, что Интеренет удовлетворяет всем этим условиям, он как книга развёрнутая в лист, одновременно при помощи системы гиперссылок устанавливает штрихи-связи однотипные, но неоднородные. Поскольку создание таких связей обусловлено природой интереса, того кто их устанавливает или обращается к данным через поисковую машину, а не физическими линиями связи, проложенными между провайдерами, клиентами, серверами, маршрутизаторами.
«Ризома не позволяет себя привести ни к единству ни к множеству [единому и многому]. Это не одно, которое становится двумя, ни даже сразу тремя, четырьмя, пятью и т.д. Это не многое, которое происходит от Единого и то, к которому прибавляется единица (n+1). Она не сложена ни из единичностей, но из измерений или, скорее, подвижных направлений (гиперссылок, явным же образом происходит детерриторизация, сайт, посвященный событиям в некоей стране, физически может располагаться где угодно). У нее нет ни начала, ни конца, но всегда есть точка, из которой она растет и выступает за свои пределы (любой веб-узел может являться такой точкой, любой подключенный к Интернет, можно превратить в веб-узел, для этого достаточно установить виртуальный сервер с открытым кодом и превратиться в собственного хостинг провайдера). Она конституирует линейные множества с n измерениями, субъекта и объекта располагаемых (ettaleble) на плане консистенции и из которых всегда вычтена единица [отнято их единство]. Такое множество не варьирует свои измерения без того, чтобы не изменить свою природу и видоизмениться. В противоположность структуре, которая определяется целокупностью точек и позиций, бинарными отношениями между этими точками и двуоднозначными отношениями между этими позициями. Ризома сделана только из линий: линий сегментарности, стратификаций в качестве ее измерений, также и линий истечения или детерриторизации в качестве ее максимального измерения, следуя которому множественность претерпевает метаморфозы, изменяя свою природу. Невозможно спутать такие линии (ligne) или черточки (lineament) с потомствами (lignee) древовидного типа[xxxvi], которые представляют собой просто локализируемые связи между точками и позициями. (связи в системе гиперссылок, RSS-трансляций, индексации поисковыми роботами, социальные сети переносят детериторризируют и ретерриторизируют, такие линии связи возникаю поверх реальных аппаратных реализаций)... В противоположность центрированным (а также полицентрированным) системам с иерархическими коммуникациями и предустановленными связями, ризома является нецентрированной системой, неиерархической и неозначающей, без Генерала и без организующей памяти или центрального автомата, однозначно определенного циркуляцией состояний. (Интернет не имеет центрального суперкомпьютера, его логика построена на унификации протоколов и способов представления отображаемых данны)»[1]
Если произведение образует ризому вместе с автором, то Интернет образует ризому вместе с человечеством и сэром Берджесом-Ли. Технически можно обнаружить в Интернете и узлы и точки и линии, но если взглянуть с точки зрения , а «контента», то в сочетании с системой гиперсссылок — это децетрированная система, где линиями соприкосновения выступают не каналы связи, маршрутизаторы и серверы, а тексты, артефакты, производства и горизонтальные связи между нами или, скорее, связями-переходами внутри одного гигантского сверхтекста-свехпроизводства.
Интернет-ризома возможна только как сознательно сконструированное построение, продолжающее реальность нового мира новых производительных сил. Нового способа производства знаний, новых форм общения, которые стремительно развиваются внутри господствующей системы производства жизни и отмирающих форм коммуникации-отношений.
Мозг — орган мышления с точки зрения Делёза-Гваттари есть ризома. Возможно, если предположить, что законы мышления вытекают из эволюции мозга как органа мышления, то и способы мыслить о действительности, определяются физиологией мозга, находя выражение в осознанных концептах представления о действительности, как о слепке со слепка. Действительность второго порядка.
Если предположить, что мышление возможно только в языке, то язык это ризома третьего порядка. Ризома действительность — ризома мозг — ризома сознание — ризома язык — ризома представление. «Язык образует луковицу. Она пускает подземные отростки...» [1]
Следующий текст необходимый для понимания того, какую ризому образуют между собой Делёз и Гваттари, собственно это не текст, а беседа Делёза и Негри «Контроль и становление». «Феликс Гваттари и я, всегда оставались марксистами, возможно, по-разному, но оба. Дело в том, что мы не верим в возможность политической философии, которая не была бы сосредоточена на анализе капитализма и его развития. То, что нас интересует больше всего у Маркса, — это анализ капитализма как имманентной системы, которая постоянно переходит свои границы и которая всегда обнаруживает эти границы расширившимися, потому что граница — это и есть сам капитал. «Тысяча плато» указывает на многие направления, главные из них следующие: прежде всего, нам кажется, что общество определяется не столько через свои противоречия, сколько через линии бегства, оно убегает повсюду, и весьма любопытно попытаться проследить, как прорисовываются эти линии в тот или иной момент.»[2].
Делёз и Гваттари действительно марксисты в том смысле, что пытаются избавиться от идеалистического представления о мире, пытаются преодолеть ложные идеологические построения. Пытаются из мира, где необходимо мыслить абстрактными идеологемами, проложить линию бегства в мир свободы. Интеренет есть такое бегство. И бегство не в иллюзорный мир, а в мир, где господствует новый способ производства и где зарождаются на основе соответствующих ему новых форм общения, новые производственные отношения.
Линии бегства интегрируются в систему, становясь её частью, и придавая ей новое качество. Результатом появления новых способов бегства, а именно таким способом и было создание сети Интернет, стало завершение перехода от дисциплинарного общества к обществу контроля. Дисциплинарное общество заменяется на общество контроля, которому соответствует новый тип производительной машины - компьютер. Делёз в «Post Scriptu кобществам контроля» пишет, «Легко найти соответствие каждому типу общества в типе машины. Не потому, что машины определяют тот или иной тип общества, но потому, что они лишь выражают собой те социальные формы, которые их производят и используют.... Общества контроля имеют дело с машинами третьего типа – с кибернетическими машинами и компьютерами, пассивная опасность которых – зависание, а активная – пиратство и внедрение вирусов. Эта технологическая эволюция отражает на более глубоком уровне мутацию капитализма.»[3]
«...Многие молодые люди сегодня требуют «основательности», они сами настаивают на стажировках и непрерывном образовании. Им еще предстоит узнать, кому они будут служить, подобно тому как их предки – не без труда – узнали о подлинной цели дисциплинарных обществ. Кольца змеи еще более сложны, нежели подземные ходы кротовых нор». Кротик истории, изловленный dr Marx, отступает, на сцене возникает змея.
Коварство змей и в том, что Интернет стал тем самым «Большим братом», о котором задумались ещё во времена «старой доброй» дисциплины. Очевидно, что именно сейчас стало возможно установить в каждом помещении квартире экран с камерой слежения. «Более изощрённые формы контроля связывают с новыми способами собирания информации через отслеживание действий, вкусов и потребностей пользователей. Пространство приватного стремительно сужается: если о классическом Интернете говорили как о пространстве анонимности, то сегодня практически любое действие в сети легко отслеживается», пишет Наталья Соколова [4]
Делёз видит как происходит становление общества контроля. «Верно то, что мы приближаемся к «обществам контроля», которые совершенно точно не являются больше дисциплинарными. … Мы приближаемся к обществу контроля, которое также функционируют уже не через изоляцию, но через постоянный контроль и мгновенную коммуникацию»[3].
«По отношению к будущим формам контроля в открытой среде самые жесткие формы изоляции, возможно, покажутся нам принадлежащими восхитительному и доброжелательному прошлому». Уже сейчас при помощи мобильного телефона можно определить местонахождение его обладателя с точностью до метра, что стоило жизни Джохару Дудаеву, более того он позволяет прослушивать своего обладателя не только тогда когда тот беседует по телефону. Ещё Гваттари предсказывал, что появятся зоны, которые человек сможет покинуть только, воспользовавшись электронным пропуском. Сейчас есть зоны, куда можно проникнуть только, если обладаешь электронным пропуском. Периодически возникают планы о чипировании человека. Электронные деньги, полностью контролируются оператором, в отличие от старых золотых пиастров, которыми Вы распоряжались по своему усмотрению.
Такое положение дел меня пугает. Если только не предположить, что ризоматичность нового монстра подскажет, где новые линии бегства...
Стало ли легче? «Здесь не вполне уместно задавать вопрос, какой из режимов является более жестоким или более терпимым, так как внутри каждого из них сталкиваются силы освобождения и порабощения», отвечает Делёз[3].
Александр Лашманкин
[1]Ризома ("Тысяча плато", глава первая), Из выпуска: N 11\12 (35\36), ноябрь-декабрь 2005г, Война и Мир, Жиль Делез, Феликс Гваттари [2]Контроль и становление. («Переговоры») Жиль Делёз, Ст-Петербург, «Наука», 2004 г. [3]Post scriptum к обществам контроля. («Переговоры») Жиль Делёз, Ст-Петербург, «Наука», 2004 г. [4]Популярная культура Web 2.0: к картографии современного медиаландшафта. Наталья Соколова, Самара, Самарский государственный университет, 2009 г.
