Когда Фриц Ланг снимал свой Метрополис — сагу о мире, разделенном «на небеса», где живёт купающаяся в роскоши и власти управляющая элита и «ад», подчиненный, страдающий мир рабочих, он вряд ли думал о том, что созданный им город станет общим названием для урбанистического города, исполненного противоречий и, как это ни банально, контрастов.

Увидеть Самару как Метрополис смог екатеринбургский художник Владимир Селезнёв. Автор не нашёл лучшего имени для создаваемого всякий раз заново из мусора города, который становится виден, только когда выключается свет.

Город всегда был сосредочием культурной жизни, местом куда помещали утопии и которое стирали с лица земли как неудачный рисунок. Города хаотичные, развитие которых диктовалось доступностью участков для строительства и инвестиционым климатом, и города регулярные, в основе котрых лежали идея удобства организации жизни, всеобщего блага, прославления государства или автократора. В итоге город стал воплощение идеи прогресса, постренного на реализации интересов, в итоге, немногих- тех смог добиться успеха, воплотив в себе самих мечты тех, кто создавал своим трудом богатства для «элиты». Финалом развития такого города является ретрофутуристический Метрополис.

Художник, если он не слепо-глухонемой и лишенный осязания человек неизбежно вступает в отношения с миром-городом — результат этого акта коммуникации, порожденное его творческой фантазией произведение искусства, которое так же является сообщением, посланием всем нам. Сознание художника не всегда полностью вмешает, культурные смыслы, которые содержит его творение. Это доказывает, что творческое образное мышление — не всегда вербализуемо, и представляет собой мышление в рамках индивидуального, но понятно многим, художественного языка автора. Но существует ли в данном случае автор? Сам Владимир Селезнёв считает, что да, он автор и более того демиург. Но это демиургия только кажущаяся, каждый раз автор как зеркало создает новое отражение реальности, привнося в неё свою индивидальность, тем самым сообщая её некий толчок, импульс. Здесь это реальность города, потребляющего товарные блага и производящего мусор.

Владимр Селезнёв представил нам свою работу одноменную фильму Фрица Ланга. Это макет Самары, выполненный из мусора, который становится опознаваем как макет города только, когда выключают свет. Тогда светонакапливающая краска, которой на мусор нанесены линии и мазки, начинает излучать мягкий свет, и перед нам предстает романтическая сущность города, его энергетические токи: свет окон, магистралей и реклам. Работа подкупает своей силой и цельностью, впечатление, которое испытываешь, когда видишь как внезапно из хаотической кучи мусора возникает мир города, очень сильно.

Выставка продлится до первых чисел сентября в Галерее одной работы, Молодогвардейская 96.

Интервью с Владимиром Селезнёвым.

Почему мусор?
Заменой мусора могли бы быть просто макеты. Мусор — это обработанная, ненужная вещь, из которой, казалось бы, ничего нельзя сделать. Но когда мусор превращается во что-то красивое, это вызывает эффект магии. Мусор эо просто материал, который легко найти и хорошо обработать под ту задачу, которую ты ставишь.

Какую задачу ты себе в этой работе ставил?
Не знаю, это сродни добыче философскго камня, когда ты говно долго-долго в колбе кипятишь, и вдруг — всё засияло! Это как из хаоса создать свой мир, подобно демиургу.

А почему «Метрополис»? Это как-то связано с фильмом Фрица Ланга?
Это просто отсылка к несуществующему городу будущего. Название взято как обобщение, некий город будущего, даже еобязательно будущего, просто город параллельной вселенной, нечто такое несуществующее, но вроде бы ты его видишь.

Но в работе угадываются очертания Самары?
Когда мы с Андреем (Сяйлевым) разговаривали по поводу, что конкретно сделать. Я сам предложил сделать Самару. Только в последний приезд я начал отражать насколько город Самара просто офигенен! Я очень его полюбил и в каждый приезд открываю что-то новое — архитектурную эклектику. Я такого нигде в другом российском городе не видел. И в то же время, не нищета, а разруха какая-то, которая из всех дворов. Они даже не пытаются..., если в других городах заходишь за фасад и там разруха, то здесь разруха вываливается прямо на центральные улицы и никто не пытаеся это прикрыть. Потом, когда мы стали делать, я подумал, что это очень логично получается. Это мог быть любой вымышленный город, но когда я увидел карту Самары, я решил, что сделать Самару будет тоже хорошо.

Аль Лаш