(комментарий адвоката Михаила Трепашкина к изменениям в УК и УИК РФ)
«Supervacuum esset leges condere nisi esset qui legestueretur» («Излишне издавать законы, если об их соблюдении никто не будет заботиться») Латинское юридическое изречение.
Читаю пафосные новости и комментарии чиновников ФСИН России о том, что в 2010 году вводится новый вид наказания - ограничение свободы или «домашний арест» (http://newsland.ru/News/Detail/id/448093/), но у меня возникают опасения, что эти «новшества» не скоро начнут применяться в реальности.
Дело в том, что закон и практика его применения - очень актуальная тема для России. Законы издаются, но реализация их безответственно затягивается чиновниками на многие-многие годы. Чиновники не торопятся с исполнением принимаемых законов, а поступают так, как это им удобно или выгодно. Хотел бы в этой связи напомнить следующие подтверждающие факты.
В соответствии со ст.22 Конституции Российской Федерации, принятой 12 декабря 1993 года, «арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению». Эта норма Основного закона России, принятая многонациональным народом России, в жизнь начала воплощаться лишь с 1 июля 2002 года, то есть по истечении 9 лет. Почти девять лет чиновники соблюдать Конституцию РФ (я говорю в части заключения лиц под стражу) упрямо не желали.
Второе, еще в 1997 году, в связи с принятием нового Уголовно-исполнительного кодекса РФ, ГУИНу было дано поручение разработать Положение о колониях-поселениях. Однако до настоящего времени такого Положения нет и этот вид наказания вместо ограничения свободы (ст.129 УИК РФ) применяется как стражное наказание и осужденные содержатся внутри исправительных колоний общего и строгого режима, то есть на отдельных «участках» этих колоний. Это вопиющее нарушение прав человека и Федерального закона - ст.129 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.
Только в 2009 году были внесены изменения, что осужденные к режиму колонии-поседения к месту отбытия наказания могут следовать без конвоя, т.е. самостоятельно, однако и здесь чиновникам дали лазейку в виде оговорки, следуют без конвоя в том случае, если до этого обвиняемые не находились под стражей. Таких юридических чудес можно называть десятки. Одной из причин этого просто анекдотичного явления является то, что чиновники придумывают какие-то «переходные периоды», которые затягиваются на очень длительные сроки. И законы в это время не работают. А затем чиновники, прокуроры, судьи привыкают к таким беззакониям и не желают изменений.
Можно вспомнить эпизод с подписанием Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод в мае 1998 года, когда вместо установленного европейского стандарта в 7 квадратных метров на человека, содержащего в камере следственного изолятора, Россия согласилась как на временную меру на 4 квадратных метра. Однако, в дальнейшем не только не стала стремиться к европейским стандартам, но и систематически нарушала минимальные санитарные нормы.
Такое же положение складывается с мерой пресечения в виде домашнего ареста. Все юристы знают, что она появилась у нас с 1 июля 2002 года, когда вступил в силу новый Уголовно-процессуальный кодекс России (ст.107). Беда наших граждан, что с этого времени следователи, прокуроры и судьи стремились избирать лишь две меры пресечения: подписку о невыезде и надлежащем поведении и заключение под стражу. Те, кого можно было держать под домашним арестом, гноились в тюремных камерах. И лишь более чем через 7 лет наконец вспомнили, что есть еще такая мера пресечения как домашний арест. Вместо того, чтобы спросить с чиновников, прежде всего судей, почему не исполнялись требования Федерального закона, все пафосно вдруг начали кричать, что разработана новая мера.
Безусловно положительным явлением можно назвать то, что с 10 января 2010 года многим осужденным будут назначать конкретное ограничение свободы вместо аморфного режима «колонии-поселения», который к одним применяется как ограничение свободы, а к другим как тюремный режим (весь срок сидят в камерах СИЗО). Положительным фактором является и то, что в настоящее время заговорили о необходимости реформ. Заговорили, значит что-то сдвинется с места. Вот только бы не притормозилось, как бывало не один раз ранее. Достаточно вспомнить законодательные проекты о зачете времени содержания в следственных изоляторах для осужденных к режиму колонии-поселения или о «браслетах», которые так и не введены в действие с 2007 года. Надеюсь, что применительно к «ограничениям свободы» этого торможения не произойдет.
В чем же суть новшества, введенного в Уголовный и Уголовно-исполнительный кодексы Российской Федеральным законом от 29 декабря 2009 года № 377-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с введением в действие положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации о наказании в виде ограничения свободы» (принят Государственной Думой 16 декабря 2009 года и одобрен Советом Федерации 25 декабря 2009 года)?
Федеральным законом с 10 января 2010 года вводятся в действие положения Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации о применении наказания в виде ограничения свободы. Одновременно в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации вносятся изменения, которыми предусматривается, что ограничение свободы заключается в установлении судом осуждённому ограничений на изменение места жительства или пребывания и места работы или учёбы, на выезд за пределы территории соответствующего муниципального образования, на нахождение вне места жительства в течение определённого времени суток, на посещение определённых мест, в том числе мест проведения массовых мероприятий, а также в возложении судом на осужденного определённых обязанностей.
Наказание в виде ограничения свободы будет назначаться на срок от двух месяцев до четырёх лет в качестве основного вида наказания за совершение преступлений небольшой и средней тяжести, а также на срок от шести месяцев до двух лет – в качестве дополнительного вида наказания за совершение отдельных тяжких и особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь человека, общественную безопасность, основы конституционного строя и безопасности государства. Надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы возлагается на уголовно-исполнительные инспекции по месту жительства осуждённых.
При этом суд возлагает на осужденного обязанность являться в орган, осуществляющий надзор, от одного до четырех раз в месяц для регистрации. Теперь слово за судьями, которые тоже должны привыкнуть к тому, что есть такое наказание, пишет "Российская газета". "В настоящее время ограничение свободы как основной вид наказания предусмотрен санкциями 66 статей Уголовного кодекса. Новый закон вводит ограничение свободы как основной вид наказания еще в 21 статью УК РФ и как дополнительный вид наказания в 22 статьи УК РФ", - пояснили во ФСИН.
Будем надеяться, что судьи меньше будут запихивать без каких-либо веских оснований людей в тюремные условия за деяние небольшой и средней тяжести, а чаще начнут применять именно ограничение свободы. Латинское юридическое изречение гласит: «Юстиция - это подчинение писаным законам». Суды как органы юстиции должны строго соблюдать нормы закона.
